На происхождение фамилий наложили отпечаток условия жизни наших предков, сохранивших своё фамильное прозвание и передававших его последующим поколениям. Поэтому в созвучии букв, из которых складывается ваша фамилия, внимательный исследователь может найти неисчерпаемый кладезь информации о прошлом. Не случайно в последнее время возродился интерес к родословной, которой в старину представители образованной знати чрезвычайно гордились и аккуратно хранили. Наши далекие предки считали, что имя, данное человеку, служит не только для его выделения среди толпы, оно становится своеобразным оберегом. Так и фамилия иногда становилась охранным символом всего рода.
Само слово «фамилия» подразумевает наследственное родовое имя, указывающее на принадлежность человека к одному роду, ведущему начало от общего предка. Это слово (лат. familia - семья) ещё во времена Римской империи обозначало общность, впрочем подразумевало не только семью хозяев, но и их рабов. Долгое время в средневековой Европе, а еще отчасти и в России слово «фамилия» имело аналогичный смысл. В частности, после отмены крепостного права в России крепостные крестьяне часто получали фамилию от своего господина. В XIX веке слово «фамилия» в русском языке приобрело своё современное значение: «наследственное семейное именование, прибавляемое к личному имени».
Как только фамилии получило большая часть населения, само понятие фамилий приобрело больше индивидуальный смысл. Образование же фамилий в их сегодняшнем понимании в различных странах происходило в различное время, впрочем можно выделить, что по историческим меркам, начался данный процесс сравнительно относительно недавно. Так, в Северной Италии фамилии первый раз зафиксированы в исторических документах X-XI столетий. После чего они появились на юго-востоке Франции, в Пьемонте, позже распространились по всей Европе. Причиной активного формирования фамилий, вероятно, стало расширение экономических связей и стремление укрепить институт наследования. Впрочем широкие слои населения получили фамильные именования намного позже. В частности, в Германии процесс формирования фамилий немецких крестьян шел также и в XIX веке. Изучение путей, мeтoдoв и механизма образования фамилий дает ценнейший научный материал. На происхождение каждой конкретной фамилии наложили свой отпечаток и масштабные исторические события, и происшествия личного характера, и общий уровень развития науки, литературы, искусства, и широта взглядов каждого отдельно взятого человека.
Имена можно разделить на простые и сложные. Простые подобны превалирующим цветам: синему, желтому, красному. К примеру, Леонид - синему цвету, Дмитрий - желтому, Семен - красному. В случае сложения основных красок получаются составные цвета. Так, имя Валерий по звуковым колебаниям окрашено в фиолетовый цвет, сложенный из синего и красного; Евгений - в зеленый (голубой и жёлтый), Павел - в оранжевый (желтый и красный).
Попробуйте «на вкус» свое имя, закройте глаза, расслабьтесь... и Вы непременно увидите его цвет. А ведь помимо имени есть ещё и отчество, какой цвет получится при их соединении? Потренируйтесь, попробуйте произносить ваше уменьшительное имя, имеет отличия ли его цвет? А если «понять» цвет имени самого близкого человека, гармонично ли он сочетается с вашим? Дополняют ли эти цвета друг дружку? Какой простор для изучении! Ну, а теперь, проверьте свою интуицию.
Красный — цвет энергии, страсти, желания, физической активности и силы, решительности и твердости характера. Он соответствует самой сложной дороге жизни - дороге любви и гнева. Люди, чьи имена ассоциируются с красным цветом, весьма неспокойные, а в экстремальных ситуациях — неуправляемые. Они общительны, любят шумные компании, но достаточно легко раздражаются, и любой диспут превращается в словесную перепалку. Они сложно строят свою личную жизнь, бывают в нескольких браках, являются диктаторами в доме. Часто под старость остаются одни, потерянные и неудовлетворенные. Особенно трудно складывается личная жизнь у женщин: они властны, непредсказуемы, очень зависят от сиюминутного настроения. Эти люди обладают неудержимым стремлением быть первыми и непревзойденными, поэтому из их числа выходит немало профессиональных спортсменов. Они необычайно талантливы, только способы их утверждения несколько отличны от привычных, а поэтому воспринимаются как неприличные, шокирующие. Такие люди нередко не рады сами себе и без проблем впадают в депрессию, находятся к стремительному привыканию к алкоголю и наркотической зависимости. В хорошем настроении — они весельчаки, умеют расположить к себе собеседника, но нужно одного небрежно брошенного слова в их адрес, чтобы вызвать в них вспышку гнева и раздражения.
К таким именам относятся: Аверьян, Алан, Александр, Аркадий, Владислав, Артем, Макар, Мирослав, Мстислав, Николай, Семен, Станислав, Яков. Ада, Александра, Алина, Берта, Владислава, Елизавета, Жанна, Оксана, Прасковья, Татьяна, Эмма, Рита.
Сочетание имени с отчеством. На стыке имени и отчества не должно быть много подряд идущих гласных либо согласных – такое сочетание нередко коверкает, что у многих носителей трудного имени-отчества не вызывает восторга. К примеру, Юлию Юрьевну нередко называет Юлей Юрьевной либо Юрией Юльевной. А Александра Александровича зовут просто Сан Санычем. «Яков Львович» вообще сложно произнести, не коверкая.
Впрочем дело не только в звуках. Имя и отчество не должны диссонировать друг с другом – такое нередко случается, когда они являются разными «по национальности» либо по времени появления. Согласитесь, сочетания Иван Вашингтонович, Мэдисон Петровна либо Пелагея Ричардовна звучат не сильно гармонично. Если у отца ребенка старорусское имя, то при выборе имени для ребенка лучше остановить свой подбор на варианте того же типа. То же относится и к иностранным, экзотическим и новым именам. Прекрасно звучат сочетания Пелагея Никитична, Эрнест Генрихович и тому подобное
Сочетание имени и фамилии. Имя и фамилия, также как и имя-отчество, должны звучать гармонично. Правила те же – обратить внимание на звучание и отсутствие диссонанса. Не стоит давать ребенку с обычный русской фамилией экзотического имени. К примеру, сочетания Джульетта Сидорова, Жаннетта Ложкина, Хуан-Карлос Горшков вряд ли являются удачными.
Экзотические имена прекрасно сочетаются с редкими для россиян фамилиями, чаще короткими – к примеру, Мэтью Ром звучит больше гармонично, чем Мэтью Поляков. Очередной важный момент – имя не должно рифмоваться с фамилией. Сергей Воробей, Вита Кмыта, Емельян Шабалян – такие сочетания считаются серыми и иногда комичными.
Уменьшительное имя. Желательно, чтобы у выбранного имени было несколько благозвучных уменьшительных вариантов. К примеру, Анна – Аня, Анюта, Нюра. Если нет короткого имени, дети все равно его придумают – и не факт, что данная придумка будет нравиться самостоятельно носителю имени.
В эксперименте, которые проводили британские исследователи, принимали участие однофамильцы (если не ошибаюсь, Томпсоны), раньше незнакомые друг с другом. Оказалось, что 80 процентов исследуемых имели одинаковые гены , что говорит об их происхождении от одного общего предка. 20 процентов исследуемых, у которых гены оказались различными, признались, что их предки в свое время носили совсем другую фамилию и были усыновлены Томпсонами . Несомненно, громкое открытие. Впрочем, давайте не будем спешить с выводами. Англия – слишком маленькая страна. Её площадь составляет всего 244 т. кв.км. Площадь же такой державы как России - 17075 т. кв.км , то есть в 70 раз более! Тем более что население Великобритании составляют всего 4 национальности - англичане, шотландцы, валлийцы и ирландцы. На территории же России проживает свыше 100 разных национальностей, то есть более, чем в Англии в 25 раз! Слишком велико различие в приведенных цифрах и это сразу бросается в глаза. Тогда применимы ли выводы британских исследователей к России? 80 процентов ли процентов проживающих в России людей, носящих одинаковую фамилию, ведут свое происхождение от одного общего предка? Играет ли тут роль здоровенная территория, на которой испокон столетий жили наши предки?
Попробуем использовать выводы британских исследователей к самой распространенной русской фамилии – Иванов. История большинства русских фамилий насчитывает всего около 100 лет. Официально основная масса населения России получили фамилии только после первой и единственной всероссийской переписи населения 1897 г. До тех пор фамилии бытовали в деревнях только в виде прозвищ («уличных фамилий»). Те, кто проводил эту перепись, не мудрствовали лукаво при подборе фамилии крестьянам. В основном они давались по отчеству отца либо деда Поэтому, из списка 100 максимально популярных русских фамилий, первые места занимают – Иванов, Васильев, Петров, Михайлов, Федоров, Яковлев, Андреев, Александров…
По какой причине на Руси так много Иванов? В русской православной церкви были (да и теперь есть) особые книги – месяцесловы, либо святцы. В месяцеслове на всякий день каждого месяца записаны имена святых, которых в данный день чтит церковь. Священник перед обрядом крещения предлагал на подбор несколько имен, которые значились в святцах на день рождения ребенка. Правда, зачастую священник шел на уступки и по просьбе родителей давал другое имя, которое на этот день в святцах не значилось. Этим, собственно, и объясняется, что зачастую имя, редко встречающееся в святцах, в жизни встречалось довольно нередко. Так, славянские имена Вера, Надежда и Любовь в дореволюционное время давались детям нередко, не смотря на то, что Вера в святцах встречается в году только 2 раза (30 сентября и 14 октября), а Надежда и Любовь – только по одному разу. Но, во всяком случае, ребенку можно было дать только такое имя, которое имелось в святцах. Никакого «вольнодумства» здесь не допускалось.
Имя Иван (Иоанн) в полных святцах встречается обычно, 170 раз (!), то есть почти через день. Именно поэтому фамилия «Иванов» – самая распространенная русская фамилия. Любопытно, но, проводя изучение официальных русских фамилий Московской губернии в 1858 г. в Дмитровском и Звенигородском уезде, выяснилось, что такие фамилии как Иванов, Васильев и Петров в середине прошлого столетия в деревнях НЕ ВСТРЕЧАЛИСЬ НИ РАЗУ! Самыми распространенными же фамилиями были Козлов (36-е место среди самых популярных фамилий в 1900 г. по данным Б.-О. Унбегауна), Волков (22), Комаров (80)…
Итак, официально данные имена, в выборе которых человек почти не властен. Некоторые исключения определяются тем, что в отдельных законодательных системах человеку предоставлена возможность официально поменять имя по своему выбору. Так, женщины, вступая в брак, могут или принять фамилию мужа, или сохранить свою девичью фамилию. Наконец, в британской системе дворянских титулов человек, удостоенный титула, вправе выбрать имя по своему усмотрению. В целом, впрочем, я буду исходить из допущения, что имя дается человеку в момент рождения либо вскоре после рождения, и сам человек никак либо почти никак не определяет, каково будет его имя. (Иное дело то, что я называю прозвищами, о которых речь пойдет ниже.)
Наступает такое время, когда дети, которым не посчастливилось с именем, осознают, что их имя – это клеймо. В силу различных причин некоторые имена становятся абсурдными, нелепыми, вызывающими насмешки. На сегодняшний день пример подобного рода – имя Хорас, которое, насколько я могу судить о природе этого явления, было присвоено мультипликатором Уолтом Диснеем невероятно тупой лошади, и благодаря популярному мультфильму само имя превратилось в обидную кличку. К тому же существуют имена, которые сами по себе в какой-то мере нелепы. В мои школьные годы имя Лонгботтом (буквально Толстозадый – прим. переводчика) неизменно вызывало насмешки, как, соответственно, и его обладатель.
Но имя может выступать клеймом и иного рода. В тех обществах, где заклеймены определенные этнические группы и характерные для них имена, имя само по себе обретает эмоциональную нагрузку. Было бы некорректно в отсутствие эмпирических данных приводить примеры подобного рода, впрочем всякий читатель может извлечь их из собственного опыта.
Люди, которые страдают от клейма своего имени, умеют более менее успешно его переносить. Благодаря работам американского психолога Э. Гофмана нам известно, как им это удается. Вопрос о том, насколько открытые Гофманом правила задействованы в процессах примирения с неблагозвучным именем, остается открытым для эмпирических исследований.
Болезненное ощущение, возникающее при осознании того, что твое имя могло бы быть иным, приводит к тому, что имя-клеймо становится крайне неприятным. Гофман выделяет три различных пути, посредством которых удается совладать со своим именем. Те, кто не соответствует “норме”, оказываются страстными сторонниками данной нормы. Так в XIX веке в Америке иноязычные имена переделывались на английский лад. Заклейменный человек, не меняя имени, может попросту сторониться того общества, в котором его имя считается клеймом. Есть основания полагать, что этим приемом успешнее взрослых пользуются дети.
И третье: имя принимает участие в создании мнения о человеке, поэтому смена имени – всегда пример управления производимым впечатлением. Перемена может быть незначительной: меняется лишь произношение, и имя переходит из одной этнической группы в другую, или затрагивается этимология слова, и фамилия Розенберг превращается в Монтроз. Помимо того, можно от одной части имени перейти к иной, меняя способ представления личности, когда, к примеру, Лиззи становится Бет. (С прозвищем, конечно, справиться намного сложнее, так как оно присваивается окружающими, и человек над ним властен в намного меньшей степени.)